Дворник Василий и полтергейст / #63 / 5 место / DocMar

По голубому до одури небу плыли небольшие облака. Истаивая по краям, они меняли форму. Наблюдать за ними Василий мог часами. Был он нефофилом, немного флегматом, философом и мистиком. Издержки профессии.

Несомненным плюсом к его работе шла каморка в цокольном этаже старого дома. Четырехэтажное здание с высокими потолками вросло в землю метра на полтора, так что оконце дворницкой, некогда бывшее вровень с тротуаром, теперь едва выглядывало на треть из узкого приямка. Света не хватало катастрофически, особенно, когда напротив парковали машины.

Василий просил, писал объявления, ходил по соседям – не помогало. А год назад начались чудеса. Стоило припарковаться, и машину можно сразу везти на мойку. Таких фанатов не было

Но два месяца назад на четвертый этаж вселилась новая жиличка - молодая длинноногая и нагловатая красотка.

Мадам сразу предупредили про опасное парковочное место. В ответ на добрый совет получили презрительную ухмылку. Она не боялась ничего и никого.
Вот и сейчас смело тормознула на «плохом» месте. Вышла из машины, не прекращая болтать по телефону.

Василий как раз присел на бордюр передохнуть.

- Девушка, - позвал он, – зря вы тут припарковались.

Она, выпятив губу, фыркнула надменно, одарив полным презрения взглядом. «Как солдат на вошь», - оценил Василий.

Девица хлопнула дверцей и только сделала шаг, как на крышу её ласточки упало нечто, отскочило на лобовое стекло и остановило полет на асфальте. Девица подпрыгнула, даром что на высоченных каблуках. С подозрением глянула на предмет и подняла брезгливо двумя пальчиками. Небольшой флакончик засохшего ярко-розового лака для ногтей.

- Кто? – процедила она, скривив накачанные губы.
- Не я, - честно признался Василий.

В ответ девица прошлась взглядом по окнам и кинула категоричное и короткое: «Пошли». Верно, в её расследовании требовался свидетель.

Василий, пробормотав что-то о карме, безропотно поднялся. Свидетель, так свидетель.

Во второй квартире жила то ли дива, то ли прима на пенсии. Уровень её самомнения явно превосходила девичий и был более остро отточен. Выслушав претензии, она, поблескивая пятисантиметровыми когтями в стразах, отбрила, что мастер маникюра приходит к ней на дом со своими причиндалами, поэтому всякую гадость в родовом «арт-хаусе» не хранит.

На втором этаже дверь открыла измученная на вид женщина. В комнатах орали дети, а за юбку держалась милая девочка лет трех.

- Лак? – рассеянно переспросила владелица четвертой квартиры. – Последний флакончик Танюша израсходовала на рисунок солнышка на кафеле в туалете. И там был совсем другой оттенок. Хотите сравнить?

Действительно, кроваво-красное солнышко не имело ничего общего с ярко-розовым.

В шестую квартиру пострадавшая звонила, стучала, но ей не открывали.

- Они три дня уж как в Египте, - подсказал Василий.
- Почему сразу не сказал?
- Мало ли. Выше - восьмая, - обнадежил дворник.
- Восьмая - моя.

Ещё оставался чердак, запертый на амбарный замок. Ключ хранился в дворницкой, и дворник готов метнуться пулей. Жиличка оказалась.

- Полтергейст, - хотел быть полезным Василий.
- Полтергейст? – зло сузила глаза девица. – Завтра здесь будут все экстрасенсы мира.
- Правда? – обрадовался Василий.
- Нет, - резко бросила девица и скрылась в квартире, хлопнув дверью.

Василий вернулся во двор, присел на любимый бордюр напротив своего окна и поднял глаза к небу.

На карнизе примостились две большие черные птицы. «Кар» - сказала одна, а вторая скинула вниз гнилую грушу.

Их союз был основан на взаимовыгодном сговоре. Василий не мешал воронам копаться в мусорном контейнере и даже отгонял конкурентов, а они развлекались тем, что прицельно скидывали на машины разную гадость, как только дворник присаживался на бордюр. При этом, вот ведь умницы, старались попасть именно по лобовому стеклу.

«Можно вечно смотреть на три вещи: как плывут облака, светит луна и мусор падает на машины несговорчивых соседей,» - улыбнулся Василий и показал подельникам большой палец.