Вспоминается часто забавное. Сначала отзвук Маяковского. Врач зуб высверлил, хоть слезу мистер лил. Ковырнул лопатою мраморную статую, целенькую, только без весла. И еще. Малый с подковыркою цыкнул зубом с дыркою Плюнул и уехал в Вашингтон.
Зачем ждать до следующий даты. Кому еще дорого творчество В.Высоцкого?
Владимир Высоцкий - О Фатальных Датах И Цифрах
Кто кончил жизнь трагически, тот - истинный поэт, А если в точный срок, так - в полной мере: На цифре 27 один шагнул под пистолет, Другой же - в петлю слазил в Англетере.
А 33 Христу - он был поэт, он говорил: Да не убий! Убьешь - везде найду, мол. Но - гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил, И гвозди в лоб, чтоб ни о чем думал.
С меня при цифре 37 в момент слетает хмель, - Вот и сейчас - как холодом подуло: Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль И Маяковский лег виском на дуло.
Задержимся на цифре 37! Коварен бог - Ребром вопрос поставил: или - или! На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо, - А нынешние - как-то проскочили.
Дуэль не состоялась или - перенесена, А в 33 распяли, но - не сильно, А в 37 - не кровь, да что там кровь! - и седина Испачкала виски не так обильно.
Слабо стреляться? ! В пятки, мол, давно ушла душа! Терпенье, психопаты и кликуши! Поэты ходят пятками по лезвию ножа - И режут в кровь свои босые души!
На слово длинношеее в конце пришлось три е, - Укоротить поэта! - вывод ясен, - И нож в него! - но счастлив он висеть на острие, Зарезанный за то, что был опасен!
Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр, - Томитесь, как наложницы в гареме! Срок жизни увеличился - и, может быть, концы Поэтов отодвинулись на время!
Да, правда, шея длинная - приманка для петли, А грудь - мишень для стрел, но не спешите: Ушедшие не датами бессмертье обрели - Так что живых не очень торопите!
Думала, почти все знаю... А тут столько нового открыла! Вот, вспомнила еще.
Письмо из деревни в город
Здравствуй, Коля, милый мой, друг мой ненаглядный! Во первых словах письма шлю тебе привет. Вот вернешься, ты боюсь, занятой, нарядный - Не заглянешь и домой, сразу в сельсовет.
Как уехал ты - я в крик, бабы прибежали, Ой, разлуки, говорят, ей не перенесть. Так скучала за тобой, что меня держали, Хоть причина не скучать очень даже есть.
Тута Пашка приходил, друг твой окаянный, Еле-еле не далась, даже щас дрожу. Он три дня уж, почитай, ходит злой и пьяный, Перед тем, как приставать, пьет для куражу.
Ты уж, Коля, там не пей, потерпи до дому, Дома можешь хоть чего, хоть уйти в запой. Мне не надо никого, даже агроному, Хоть культурный человек - не сравню с тобой.
Наш амбар в дожди течет, прохудился, верно. Без тебя невмоготу - кто создаст уют? Хоть какой, но приезжай, жду тебя безмерно. Если можешь, напиши, что там продают.
Я шестидесятого года рождения и это все объясняет - Владимир Семенович был для нашего поколения всем: и советчиком, и другом, и утешителем. В общем истиной в последней инстанцией. Поэтому песни его мы знали наизусть, несмотря на качество магнитофонных записей, когда с трудом разбирали слова сквозь шум и треск помех. Жаль, очень жаль, что такой человек покинул нас на взлете, можно сказать, ведь для мужчины 42 года, это самый расцвет.
Публикация комментариев и создание новых тем на форуме Адвего для текущего аккаунта ограничено. Подробная информация и связь с администрацией: https://advego.com/v2/support/ban/forum/1186
