Мне не понять, когда прощают без прощенья, Когда о трусости молчат и об отваге говорят. Когда любовь разменная монета Во всемогущих гуглах, содранных стихах. Когда живут, с приметами сверяясь, В июле прогоняют снегирей, Как гасят окна, умирают, Мечты, как старые ботинки, сыновьям В наследство злое оставляют, А дочерей, как кость, толпе бросают На радость бесталанным худрукам.
Прощай, любимая, прощай Налей в дорогу крепкий чай Без «закуси», в автобус полный Прекрасен миг в тот век огромный.
Не знаю, скоро ль я тебя увижу Тебя люблю и ненавижу Присядь со мною на дорожку Скажи о чувствах понарошку.
Тоску свою подменим счастьем Пройдут дожди с твоим ненастьем Зайдут былые чувства вновь Пусть не узреть в тот век любовь.
В пути я буду всегда рядом Не разлучить простым снарядом Ружье в руках, былая слава Густеет кровь, как будто лава.
Разя врагов, в ад отправляя Кровавый след вновь оставляя, Спустившись в зазеркалье бед Голод заменит вновь обед.
В вечной резне безумных старцев Зайдя в чертог неандертальцев Историю вновь повторим свободы Под лозунг рвутся нищеброды.
Там нет морали, цель ранима В чужие судьбы неделима Мирняк, трофеи в день фрустраций А павшие не ждут оваций.
Мерцает пламя в блиндаже Я покурю на мандраже, Сжимаясь там под взрывы града Идет пехота, я вам рада.
Нам не поднять глаза стыдливо И что-то станет вдруг дождливо Затянет совесть в меланому Когда врага отправишь в кому, Ведь разделяя, убивая Смотрел на все предвестник рая.
За эти дни, за дни войны Мы все немного тронулись умом Взрывалась база сотню раз Город в воронках, сплошь людской дурдом.
Порок животный проявился Страх смерти, все хотят поесть За молоком, гуманитаркой Тут захотелось на кол сесть, Я видел смерть, где плоть людскую Внезапно разрывал снаряд Машины две их собирали Такой устав, такой обряд.
Без похорон, без пафоса, молитвы Они вдруг исчезали навсегда Нам отключали свет, инет и даже воду Не ходят в Харьков больше поезда.
На Братском озере ловил я рыбу Там разжигал костер и грелся в гараже Попал под дождь в такую непогоду Во снах не забывал о мандраже.
Сажал на клумбе кабачки и кукурузу На «комсомолке» маме я звонил Я ждал посылку в холоде и мраке Я скушал весь подвал и даже закурил.
Закрыты были поначалу магазины Здесь не работал банкомат, наличку поискать Так появились в городе менялы Так круг замкнулся, где не дать, не взять.
Ходил я на прем к специалисту Болезнь разнообразила досуг Да, в этой жизни главное здоровье Исчезли все друзья, внезапно нет подруг Мобильной связи вечные помехи Проверка документов, тихий час Мы были словно маленькие дети Мы не забыты, но не вспомнят нас.
Лишь сантиментов бремя на разрухе Оставит в памяти большой рубец Меня так часто эти люди предавали Я очень плох, но все же молодец.
А от того, что страшен ты Поэтом нынче величают Никто не позовет гулять Там где-то праздник отмечают Отрочество и отрешенность лет В родной тиши, скрепя чернилом Ты сублимировал тоску В жару и холод пред камином Забытый комплекс, звонкий смех Лишь подсознание тревожит Стих пробирающий до дрожи В веках оставит нежный след.
Мне не забыть твои глаза В мажор базарная слеза В них мука, страх и крик О помощи, безумный блик. Сравнить их можно с теми Уставшими от боли всеми, Всеми, кто сном, ни духом Земля там зарождалась пухом. Все с малого: животные и дети Да, живодерства сплети Больные, старые - враги И по воде давно круги. Ценою в жизни города Ни удочка, ни борода И объяснение порока Издержки времени, морока Потешить эго, испуская Других неволей унижая. Осушим реки да озера Видал такого фантазера? Тут все решается в 2 шага Лишь унижение, награда И сдали все под негатив Не зная вовсе про отлив.
Питерская онкология быстро пройдет Когда до простых смертных дойдет Кто по квартирам лазит без спроса Камеры наблюдения не заметят отброса В основном это дети, им снимут рубаху Симптомы такие же, диагноз по взмаху Частые ссоры за пропажу вещей Когда цель их квартира, похлебал бы ты щей.
Хочу мясистую мулатку С утра я почесать за пятку Ее ресницы в небе птицы Улыбка сводит всех с ума. Однако облик был утрачен Напрасно рубль в казне потрачен Обида съест ее полня Ведь парень есть, друзья, родня Она хорошая хозяйка В гневе медведь, в любви как зайка.
Историю с бычком вам рассказать Просила слезно мать Война, дела – все некогда мне было Пока в часах кукушка не пробила А посему пишу я ночи напролет Стихи воспоминания в «полет».
Мечта поэта быть прочтенным через годы Он так обманет смерть, оставшись в головах Мои мотивы те же, но другие Герой просто не хочет утонуть во снах.
Так вот, случился как-то случай Не стоит повторять, прошу, не мучай У рыбаков закончилось спиртное Что за рыбалка без питья? Дело простое Квартетом дружным двинулись они в село Где вроде лето, но на деле намело По бартеру менять, где рыба – водка Ты лучше завали бычка, «молодка».
Тут кушать нечего, мы ходим все нагие Там «Лимпопо» не побывать на Ниле Рыбачили друзья в тот день на динамит И выхлоп быстрый и на сердце не болит.
Кидаешь шашку, собирай ведром Коптили свой улов тогда кедром И шашки те к рогам скотине привязали Бычка к столбу, а сами убежали А фитиль капает, не тухнет, все горит Животное знает неладное, конечность отлетит Взбесило се шипение, где ярость – нет столба Несется бык со скоростью, в толпе слышна мольба Сарай стоял поодали, там козы, куры, скот И если быка сравнивать, то он всему оплот.
Ворвался в помещение, раздался громкий взрыв И нет больше сарая, смеялись на надрыв Что стало с рыбаками? Останется в тени Сходили уж за водкой, не сосчитать пени.
Знаешь, трудно тут признаться Сексом нужно заниматься, Чтобы реже всем болеть, В ринге вовсе не гореть. Не всегда все так жестоко И вернувшись лишь к истокам, Понимаешь Чикатило По перверсии кадило Извращение для прессы Человека дивной мессы, Получая наслаждение Жизни горькое течение, Девиантное видение: Прилив сил, самооценка Школы малая оценка Только так он кайфанет До него так не дойдет, Что находят их за сутки Политические мутки Нам нужны свои герои Серость массы да помои.
Мова, яка вбиває Мова, яка лякає… Не складно вірші складати Це як портрет малювати. Важливо врахувати всі фарби Гуаш + талант – це великі скарби Мабуть розумієш вже, друже Я тебе кохаю дуже, Але слова ти ці майже не бачиш, В темряву сон не пробачиш Це дуже погано, ще гірше Коли геноцид на вірші. Дратують кольора жовто-сині Це вони ставлять в дамби всі міни Збуджує результат «роботи» В душі це потворні «боти». Письменники, «діячи» та спортсмени Усі, хто красиві на сцені Проходять ретельний відбір Цензури пекельний «підкір». Поля, ліса та озера Нищать гіпнотизера Не дай боже потрапить в тортури Ті жіночки круглесенькі дури. Заводи, елеватори, крамниці Інакші в психлікарні, в’язниці Це замкнуте коло, бо діти Народилися в рік Афродіти, І нищать вони тілами комах, Бо комусь не сподобався пах В минулому це, бо з дівчатами торба Кривдників очікує прорва, Поганий у їжі кінець Не купить бульба кілець, Радощів лише на хвилину Шукаю другу половину.
Останнім часом мене не побачиш Кому зараз добре? Нічим не віддячиш Падає тиск, я наче собака Св далматинець, гравець-забіяка. Важко відмовити, коли про співпрацю Я читав Єнеїду, я шукав лише працю Хтось раскудахтався, бо зараз хворію Пишу вірші, пам"ятаю про Мрію. Бажання прокинутись, шахливий той сон Я там наче воїн, мій друг Еріксон Було б краще, щоб за їжу вбивав? Не я це почав, полотно малював. Освідомити важко, що давно почалось Повно інвалідів, нащо це здалось? Проста логіка - не візьме автомат Усе було марно, вибачайте за мат. Мене теж багато чого дратує Вибух ракети, морозець лютує, Немає їжі, світла, тепла В місті людей, з криниці вода Не дуже складно, але дуже правдиво Я ще живий, вибачайте за диво.
Я бы честно тут признался Что ни с кем тут не встречался Если честным быть с собой, То не я всему виной.
Здешний климат не подходит В солнце дождь в желудке бродит Покрываюсь мерзкой сыпью Ну, хоть раз за 30 выпью.
Я не нужен никому Строки эти самому Кто-то лучше, кто-то хуже У кого-то больше, уже.
Добираясь до обиды Мне не посетить «Карибы» Никого я не оставлю Крест с свечой себе поставлю.
Нет, другое повлияло Плед, подушка, одеяло Фильмы все смотрю, старею В одиночестве балдею, Раздражительным стаю Песни древние пою.
Крик о помощи, вниманье Заменило «залипанье» Страх подхода – я отвержен В этом счастлив, там небрежен.
Слабый, сильный – все игра И проблемы на ура Ты попробуй, да, я знаю Просто тут херней страдаю, Про природу нынче грустно На душе бывает пусто.
В жизни я не на бумаге Довелось бывать в «Гулаге» Взгляд потухший, все по Фрейду Боль в шкалу по Фаренгейту Если год не выходить, То не будет и обид Отношение к изгою Смелый, сильный – стал брюзгою Тысячи проверок в годы В изменения погоды.
Вряд ли стих снесет устои Мне не платят за простои Как-бы много и не нужно Мне спокойно, а вам дружно.
Чернобыль взорвали из-за антенны Простым смертным не понять наши схемы Мрут офицеры до начала войны В основном суициды, реже очень больны Их окружают массовкой за двести Нет там ни доблести, нету там чести Взрываются склады под дезинформацией в массы Не дожить до пенсии, не дойти нам до кассы.
Измотали мне всю душу Все равно его не брошу Расточитель всех богатств В оргиях, издержках пьянств Нет предела в этой жизни Изнурен от здешней розни.
Дань богов - закрытый доступ Час осады, скоро приступ Подари мне хоть глоточек С кровью беленький платочек И под этим небосводом Толь с ключами, то ли с кодом.
Огорчения в путине Вмиг погрязну в паутине: И любви неразделенной, И друзей вовек лишенной, Нас пленит весна сухая Чести, смелости лишая.
Холодны твои объятья За окном слышны проклятья: Унижение снарядов, В ненависти фосфор градов, Полыхает страсть огнем, Что без ласки уже в нем.
В вожделении пороки Ждут нас бедные чертоги Благодать блика свечи Да крещенье из мочи С уст сорвется: "Я согласна!" Ты под ротой так прекрасна.
Благодать с небес спустилась, Кровью по утру умылась, Ждет лишь славы высших чинов В дань богов во век починов Что нам жизнь земная? Скука! Так в стихах рождалась мука.
Расстались жестко мы, под звон хрустальный В порыве страсти мой входил клинок Слюна забвенью мысли предавала Отскакивали пули прямо в блок. Там слезы радости, мольба о продолженье Ты сделала нам в жизни много зла Хотел ли я тебя в то время... И что мне жизнь с тобою б принесла.
О господи, пошли мне век терпенья В ночи под песни напролет Там где-то вдалеке завыла вновь сирена А мне уже давно не десять лет.
Черпая вдохновенья из рассказов Ты очерти, друг мой, цензуры грань Чтобы ходил я вновь спокойно в магазины Не натыкаясь в трупы от герань.
В оковах золотых - удел простой дворянский Тяжелые настали нынче времена Нас раскулачили интриги власти? К чему все эти племена?
О господи, друг мой, быть может слишком беден Не выстоять мне очередь под обычный хлеб Быть может я нарушил все законы? И потому мне не хватает на обед?
Грядет уж страшный суд, в крови я утопаю А мысли не дают мне ночью спать Кощунством было не найти нам силы Под автоматами и танками плясать.
Как много имя наше значит В подкорном образе никнейм Как при знакомстве, так при встрече Ассоциации камней. Его зовут Тимур, он вечно молод Не знает нейминг, не слыхал про бренд Иные в Харькове устои За помощь он не попадает в тренд, И в личной жизни и в работе Всех раздражает, бесит вмиг, В войне советов нету равных Он памятник себе воздвиг.
Смерть в контексте, тематический праздник Святой Валентин снова проказник Расставание с девушкой, суицид февраля Депрессия - версия, под могилы поля Надолго запомнится трагическое событие Ванна полная льда, скоро отплытие.
Публикация комментариев и создание новых тем на форуме Адвего для текущего аккаунта ограничено. Подробная информация и связь с администрацией: https://advego.com/v2/support/ban/forum/1186
