Восстал из мертвых в мир живых Земных богов, мажоров и блатных Как долго будет длиться наше бремя? На сколько лучше наше племя? Кого щадить в системе струпьев? В мире толпы, железных прутьев.
Там молодость во всю бурлила Меня вдруг в Новый год пробила И долг – поведать всему миру Что нужно помнить мне про Иру.
Объединила в ту ночь бедность Быть может зависть, позже бледность Стекала кровь, все восхищались Как мы над сельским надругались.
Расчеловечили по-детски По лицам до утра там пляски Как описать бы жизнь мне хомяка, Чтоб всем она напоминала бедняка?
Живет он с мамой, нет работы Винт с коноплей – вот все заботы В субботу можно «малолетку» Всем потягать лишь за таблетку; Сначала поим, а потом ведем в разврат И каждый третий тут кастрат.
Вот дом стоит, там снова дети Здесь рыбу ловят лишь на сети Несчастья нет, мир идеалов Да, дела мне до уникалов?
А оказалось, что война! Политиками здесь больна Причин обличий, травмы в поле И после ходят на приколе, Мол, сам виновен, сотня жертв Урод, калека, может мертв.
Злодейства землю потрясли Героев в небо вознесли! Отвергнув тех, кто был не с вами В деньгах, в славе, но в печали Их вознесла на небеса, в Олимп богов Благодаря их за такой улов.
Падеж времен! Огня, сколков рев и звон Ужасный вид, врагов вводил вмиг в ступор, А возглас «в бой», звучал как рупор; Сегодня видимся частенько мы во снах И пробуждаюсь со словами на устах Твоими, давшими понять, что стоит жизнь Едва на миг тут отойдет болезнь.
С косой старуха зубами все скрежещет И огоньком из глаза блещет По дням моим-твоим в разлуке и печали Где так любили, но не дали.
Ничто нас не спасет от роковых вестей Чуть раньше, позже – вестник новостей Никая тварь нас уберечь бы не смогла Монарха-узника пронзила мгла.
Гробница в тысячи могил А славу свою ты не пропил, Зияя временем в тысячи побед И проливая слезы девичьи в обед; Оставил след в веках незримой нитью Где загонялись все под алчной плетью В царство Аида, грань грехов Избавив всех нас от тоски оков.
Скользя в ту бездну по краю За те проступки я себя корю Приемлем ли наш быт в эпоху инноваций Мы жаждем славы, мы хотим оваций; Без жалости разит нас смерть косою Ожог от пуль, пчела осою Станет на день, на два, в тот мрак Война все спишет враз на брак: Там сокрушатся звезды и кометы, Там солнце не поверит в затмения приметы, Там мир в войне давно погряз, Считая карты под «обяз».
Бессмертие нас ждет, скупая участь Не уж так лучше, чем та тупость? Боится только пирамид Хеопса Не пощадит мой гром простого мопса; Постигнув смерти принципы, мораль Открылась новая в ночи скрижаль.
Тщетно ты скрываешь молодость в печали, Тщетно засыхает молодость моя Где рискуя, в небеса взлетая У богов прощения моля.
Жизнь такая тебе вовсе не мешала Отдавая жизнь, и не прося взамен Сердце тяжким стоном отдавало От его услужливых измен.
Тайны вскрыли боль и горечь жизни Все старанья вдруг ушли на нет Слова человек и мастер дела Променял свободу на обед.
В муке воспевая те пороки Возмутившим дух, глумя устав Вновь бесплодным пламенем сгорая Что-то напоследок он достав, Теребил все нравы и порядки, В лютой мести жертвам нет числа! Изгоняя дьявола из плоти, Не стыдясь при людях ремесла…
Зреть тебя я больше не желаю И боюсь, что нам не смыть вовек Что убить так можно человека Бегая по прериям целый век.
Не скучай, мой хайп, тропинка вдоль Олимпа Песню наших чувств споет всем нимфа Так давно не виделись с тобой Что пора бы в бой, да на убой.
Муженек ревнивый тут попался Все мешает нам, в постель ворвался Отвернулись враз устои и законы Сублимации вершины и погоны.
Ничего, любимая, ведь полон мой гарем Собиратель я случайных теорем В идеалы нос свой вечно сую, В мнения чужие я плюю, По иллюзиям леплю я чей-то образ дивный Уже 30, но он все еще противный.
Ты не весела, ведь не коснулось счастье В день погибели простым ненастьем, Коротит вновь мудрость в наш осенний сквирт Разбавляет пиво нынче чистый спирт.
Я вдыхаю запах тех цветов, что вновь увянут Потрепав, а дальше все растянут Сотни умников, тысяча уж льдин.
Сокрушив, повергнув многих в бегство Где любовь под ненависть чудо-средство Я желаю то, что и желает враг Только первым захожу в этот овраг.
Прощай, любимая, прощай Налей в дорогу крепкий чай Без «закуси», в автобус полный Прекрасен миг в тот век огромный.
Не знаю, скоро ль я тебя увижу Тебя люблю и ненавижу Присядь со мною на дорожку Скажи о чувствах понарошку.
Тоску свою подменим счастьем Пройдут дожди с твоим ненастьем Зайдут былые чувства вновь Пусть не узреть в тот век любовь.
В пути я буду всегда рядом Не разлучить простым снарядом Ружье в руках, былая слава Густеет кровь, как будто лава.
Разя врагов, в ад отправляя Кровавый след вновь оставляя, Спустившись в зазеркалье бед Голод заменит вновь обед.
В вечной резне безумных старцев Зайдя в чертог неандертальцев Историю вновь повторим свободы Под лозунг рвутся нищеброды.
Там нет морали, цель ранима В чужие судьбы неделима Мирняк, трофеи в день фрустраций А павшие не ждут оваций.
Мерцает пламя в блиндаже Я покурю на мандраже, Сжимаясь там под взрывы града Идет пехота, я вам рада.
Нам не поднять глаза стыдливо И что-то станет вдруг дождливо Затянет совесть в меланому Когда врага отправишь в кому, Ведь разделяя, убивая Смотрел на все предвестник рая.
За эти дни, за дни войны Мы все немного тронулись умом Взрывалась база сотню раз Город в воронках, сплошь людской дурдом.
Порок животный проявился Страх смерти, все хотят поесть За молоком, гуманитаркой Тут захотелось на кол сесть, Я видел смерть, где плоть людскую Внезапно разрывал снаряд Машины две их собирали Такой устав, такой обряд.
Без похорон, без пафоса, молитвы Они вдруг исчезали навсегда Нам отключали свет, инет и даже воду Не ходят в Харьков больше поезда.
На Братском озере ловил я рыбу Там разжигал костер и грелся в гараже Попал под дождь в такую непогоду Во снах не забывал о мандраже.
Сажал на клумбе кабачки и кукурузу На «комсомолке» маме я звонил Я ждал посылку в холоде и мраке Я скушал весь подвал и даже закурил.
Закрыты были поначалу магазины Здесь не работал банкомат, наличку поискать Так появились в городе менялы Так круг замкнулся, где не дать, не взять.
Ходил я на прем к специалисту Болезнь разнообразила досуг Да, в этой жизни главное здоровье Исчезли все друзья, внезапно нет подруг Мобильной связи вечные помехи Проверка документов, тихий час Мы были словно маленькие дети Мы не забыты, но не вспомнят нас.
Лишь сантиментов бремя на разрухе Оставит в памяти большой рубец Меня так часто эти люди предавали Я очень плох, но все же молодец.
А от того, что страшен ты Поэтом нынче величают Никто не позовет гулять Там где-то праздник отмечают Отрочество и отрешенность лет В родной тиши, скрепя чернилом Ты сублимировал тоску В жару и холод пред камином Забытый комплекс, звонкий смех Лишь подсознание тревожит Стих пробирающий до дрожи В веках оставит нежный след.
Мне не забыть твои глаза В мажор базарная слеза В них мука, страх и крик О помощи, безумный блик. Сравнить их можно с теми Уставшими от боли всеми, Всеми, кто сном, ни духом Земля там зарождалась пухом. Все с малого: животные и дети Да, живодерства сплети Больные, старые - враги И по воде давно круги. Ценою в жизни города Ни удочка, ни борода И объяснение порока Издержки времени, морока Потешить эго, испуская Других неволей унижая. Осушим реки да озера Видал такого фантазера? Тут все решается в 2 шага Лишь унижение, награда И сдали все под негатив Не зная вовсе про отлив.
Питерская онкология быстро пройдет Когда до простых смертных дойдет Кто по квартирам лазит без спроса Камеры наблюдения не заметят отброса В основном это дети, им снимут рубаху Симптомы такие же, диагноз по взмаху Частые ссоры за пропажу вещей Когда цель их квартира, похлебал бы ты щей.
Хочу мясистую мулатку С утра я почесать за пятку Ее ресницы в небе птицы Улыбка сводит всех с ума. Однако облик был утрачен Напрасно рубль в казне потрачен Обида съест ее полня Ведь парень есть, друзья, родня Она хорошая хозяйка В гневе медведь, в любви как зайка.
Историю с бычком вам рассказать Просила слезно мать Война, дела – все некогда мне было Пока в часах кукушка не пробила А посему пишу я ночи напролет Стихи воспоминания в «полет».
Мечта поэта быть прочтенным через годы Он так обманет смерть, оставшись в головах Мои мотивы те же, но другие Герой просто не хочет утонуть во снах.
Так вот, случился как-то случай Не стоит повторять, прошу, не мучай У рыбаков закончилось спиртное Что за рыбалка без питья? Дело простое Квартетом дружным двинулись они в село Где вроде лето, но на деле намело По бартеру менять, где рыба – водка Ты лучше завали бычка, «молодка».
Тут кушать нечего, мы ходим все нагие Там «Лимпопо» не побывать на Ниле Рыбачили друзья в тот день на динамит И выхлоп быстрый и на сердце не болит.
Кидаешь шашку, собирай ведром Коптили свой улов тогда кедром И шашки те к рогам скотине привязали Бычка к столбу, а сами убежали А фитиль капает, не тухнет, все горит Животное знает неладное, конечность отлетит Взбесило се шипение, где ярость – нет столба Несется бык со скоростью, в толпе слышна мольба Сарай стоял поодали, там козы, куры, скот И если быка сравнивать, то он всему оплот.
Ворвался в помещение, раздался громкий взрыв И нет больше сарая, смеялись на надрыв Что стало с рыбаками? Останется в тени Сходили уж за водкой, не сосчитать пени.
Знаешь, трудно тут признаться Сексом нужно заниматься, Чтобы реже всем болеть, В ринге вовсе не гореть. Не всегда все так жестоко И вернувшись лишь к истокам, Понимаешь Чикатило По перверсии кадило Извращение для прессы Человека дивной мессы, Получая наслаждение Жизни горькое течение, Девиантное видение: Прилив сил, самооценка Школы малая оценка Только так он кайфанет До него так не дойдет, Что находят их за сутки Политические мутки Нам нужны свои герои Серость массы да помои.
Мова, яка вбиває Мова, яка лякає… Не складно вірші складати Це як портрет малювати. Важливо врахувати всі фарби Гуаш + талант – це великі скарби Мабуть розумієш вже, друже Я тебе кохаю дуже, Але слова ти ці майже не бачиш, В темряву сон не пробачиш Це дуже погано, ще гірше Коли геноцид на вірші. Дратують кольора жовто-сині Це вони ставлять в дамби всі міни Збуджує результат «роботи» В душі це потворні «боти». Письменники, «діячи» та спортсмени Усі, хто красиві на сцені Проходять ретельний відбір Цензури пекельний «підкір». Поля, ліса та озера Нищать гіпнотизера Не дай боже потрапить в тортури Ті жіночки круглесенькі дури. Заводи, елеватори, крамниці Інакші в психлікарні, в’язниці Це замкнуте коло, бо діти Народилися в рік Афродіти, І нищать вони тілами комах, Бо комусь не сподобався пах В минулому це, бо з дівчатами торба Кривдників очікує прорва, Поганий у їжі кінець Не купить бульба кілець, Радощів лише на хвилину Шукаю другу половину.
Останнім часом мене не побачиш Кому зараз добре? Нічим не віддячиш Падає тиск, я наче собака Св далматинець, гравець-забіяка. Важко відмовити, коли про співпрацю Я читав Єнеїду, я шукав лише працю Хтось раскудахтався, бо зараз хворію Пишу вірші, пам"ятаю про Мрію. Бажання прокинутись, шахливий той сон Я там наче воїн, мій друг Еріксон Було б краще, щоб за їжу вбивав? Не я це почав, полотно малював. Освідомити важко, що давно почалось Повно інвалідів, нащо це здалось? Проста логіка - не візьме автомат Усе було марно, вибачайте за мат. Мене теж багато чого дратує Вибух ракети, морозець лютує, Немає їжі, світла, тепла В місті людей, з криниці вода Не дуже складно, але дуже правдиво Я ще живий, вибачайте за диво.
Я бы честно тут признался Что ни с кем тут не встречался Если честным быть с собой, То не я всему виной.
Здешний климат не подходит В солнце дождь в желудке бродит Покрываюсь мерзкой сыпью Ну, хоть раз за 30 выпью.
Я не нужен никому Строки эти самому Кто-то лучше, кто-то хуже У кого-то больше, уже.
Добираясь до обиды Мне не посетить «Карибы» Никого я не оставлю Крест с свечой себе поставлю.
Нет, другое повлияло Плед, подушка, одеяло Фильмы все смотрю, старею В одиночестве балдею, Раздражительным стаю Песни древние пою.
Крик о помощи, вниманье Заменило «залипанье» Страх подхода – я отвержен В этом счастлив, там небрежен.
Слабый, сильный – все игра И проблемы на ура Ты попробуй, да, я знаю Просто тут херней страдаю, Про природу нынче грустно На душе бывает пусто.
В жизни я не на бумаге Довелось бывать в «Гулаге» Взгляд потухший, все по Фрейду Боль в шкалу по Фаренгейту Если год не выходить, То не будет и обид Отношение к изгою Смелый, сильный – стал брюзгою Тысячи проверок в годы В изменения погоды.
Вряд ли стих снесет устои Мне не платят за простои Как-бы много и не нужно Мне спокойно, а вам дружно.
Чернобыль взорвали из-за антенны Простым смертным не понять наши схемы Мрут офицеры до начала войны В основном суициды, реже очень больны Их окружают массовкой за двести Нет там ни доблести, нету там чести Взрываются склады под дезинформацией в массы Не дожить до пенсии, не дойти нам до кассы.
Измотали мне всю душу Все равно его не брошу Расточитель всех богатств В оргиях, издержках пьянств Нет предела в этой жизни Изнурен от здешней розни.
Дань богов - закрытый доступ Час осады, скоро приступ Подари мне хоть глоточек С кровью беленький платочек И под этим небосводом Толь с ключами, то ли с кодом.
Огорчения в путине Вмиг погрязну в паутине: И любви неразделенной, И друзей вовек лишенной, Нас пленит весна сухая Чести, смелости лишая.
Холодны твои объятья За окном слышны проклятья: Унижение снарядов, В ненависти фосфор градов, Полыхает страсть огнем, Что без ласки уже в нем.
В вожделении пороки Ждут нас бедные чертоги Благодать блика свечи Да крещенье из мочи С уст сорвется: "Я согласна!" Ты под ротой так прекрасна.
Благодать с небес спустилась, Кровью по утру умылась, Ждет лишь славы высших чинов В дань богов во век починов Что нам жизнь земная? Скука! Так в стихах рождалась мука.
Расстались жестко мы, под звон хрустальный В порыве страсти мой входил клинок Слюна забвенью мысли предавала Отскакивали пули прямо в блок. Там слезы радости, мольба о продолженье Ты сделала нам в жизни много зла Хотел ли я тебя в то время... И что мне жизнь с тобою б принесла.
Публикация комментариев и создание новых тем на форуме Адвего для текущего аккаунта ограничено. Подробная информация и связь с администрацией: https://advego.com/v2/support/ban/forum/1186
