**бумажное

записанные мысли на полях
подчеркнутое слово
карандаш

закладки старых книг
в экрана тело не загрузишь
всегда останется нетронутое светом

сюжет материи обыденный и тихий
создание
продажа
польза
тлен завбений на помойке

никто у вещи не спросил
ей хочется в мир человечий
казаться а не быть
а в дельте разницы
в горнило окунуться
материй черных упакованных
смирительной рубашкой кожи
в расстрельность чувств
на полотне событий

так ты потом
не спросишь их
когда нибудь под вечер
хотят ли
оставаться вещью
меняя пластик
на стеклянный жмых
попавшего под дождь
рулона
из бумажных полотенец

** тот самый

из маленьких усилий ткется день
уйти от притяжения кровати
лень утопить сопроводив
на причащение природой собаку
вымыть пол и лапы
пустое тело накормить подушкой доширака
от пыли протереть
застывший подоконник
и больше делать и молчать
а не парить и не мечтать
в уставшем от полетов доме

энергия падения листа
мала
но из созвучия раздевшихся деревьев
играет осень
на колоколах предзимних вечеров
и в ступке времени
толчет когда не просят
лед прошлого
где старый поводок
проела моль потухших фонарей
давно горящих изнутри

межгород кодами программ
танцует цифру семь
обрывом козырька до единицы
ей так уютней в облаках нулей
искать маршрутизаторов седое утро
туманное тургеневским стихом
а не водой холодного дождя
паркуя сутки лоскутом упавшего листа
похожего на руки
незримым удалением
от хребта ствола
мишеней слов летящих из кино
по дымоходу уткой

где марты кончились
а карлы поскучнели

**системная ошибка

ураган
и ветки друг о друга
бьются
на кострах листвы следы
архитектор смотрит с высоты
как металл безадресно взрывает
долы и поля
зевая

ветки думают
что враг сидит внутри
а он ухмыляется снаружи
под луной монетка подлетит
и пока опустится растает
решка и орел
всего лишь стаи
что играют в иллюзорный мир
зрительные
тихие
пучки
двух бойцов на облачном татами

осень льет дождями прошлых сит
где неон бумагу истончил
дыроколом внутренних молитв

**книжное

на дороге осень
в огороде лето
в сырости туманной
рдеет клен вдали
углеродом крася
лоскуты листвы
раньше не пылал
алым и красивым
странные пятнашки
времени и снов
имя на обложке
книги поистерлось
мятые страницы
да невнятный шрифт
кто то скажет
тленье
нет
желаний токи
тихий знак прочтений
руки на коленях
от финала книги
мнут закладку времени
чтобы не уснуло
слово в праздной лени
в тишине чужих

жизнь
обложкой смерти
в вечности страниц

**о признаниях

"я вас
"я к вам
а воз давно отъехал
сегодня для признаний
только эхо
почти шпионский алгоритм
нарыть в глубинах детских снов
блокнот со старыми стихами
и сжечь их в новый год
а на последнем неисписанном
три слова накарябать
в посланье камень завернуть
конечно мрамор
и послать письмо
в окно где адресат еще спокойно спит

запомнить выстрел битого стекла
и занырнуть в запой
истошно беспробудно
как минимум недельный
после
выйти
без торпед и мыла из систем
гемолиза
так
чтоб почувствовать кол ломок изнутри
и завязать на полугодие со спиртным
и лучше табаком
в пакетах яровой таская сердца шум
и если после терапии
что то задержалось
то это было чувство
а не пыл
горячки стаи слов на паперти весны

в моем
таких глубин уже наверное
не осталось
и если бы пришлось
то просто заказать
по телекому
какой нибудь попсы
залетный шлягер
с этими словами
но не для сообщения
для извинения
что тема не исчерпана еще

дождь приходящий вечер каждый
сливает в репортаж
вчера
летели в окна камни
граждане
правительству нативно признавались
в холодной неизбежности любви

**мел

мел зубного порошка на окне весеннем
скрип газеты по стеклу да свинца откат
гонит солнце стрелы света
изморози плесень
еще кутает ветвей вены на ветру
пекло лета пролетело сковородкой жара
то пожар то наводненье
у погоды климакс
светляки людей мимо слов и имени
фонарем садовым по ночам горят

было или не было
все это красиво
даже если больно
или невпопад

скоро зимний след обновит на шинах
холодом причастий неуютный бег
от себя к ненастью
два окна в каморке
с ветром и неоном
слов чернота шрифтом
тараканьим бегом
клеит новость вирта
а багряный клен облетит под снег
подставляя небу паутину веток
пыль зубного порошка расплавляя в след
странного прохожего с комнатной собачкой
на больных руках

** C#

три девятки единицы штрих
окончанья века подпирали
день казался длинным и чужим
голоса то тихли то дрожали
на кушетке всполохом больных
свет не проникал в лощину окон
плотных штор седое полотно
звук топил и мялась сырость волгло
в книгах полок окна облепив
то ли паром то ль испугом холода
растопить эмоции страниц
впитанных да вовремя забытых

чья то жизнь читается легко
о своей и слов не соберешь
лед молчаний из забытых в олове
дробью перфокарт пробитых цифр
и не помогал янтарный солод
сентябрю пробиться

эта осень не явилась не осталась
ветренной воровкой втерлась в дом
разделив круг стрелок на двоих
временем событий до и после
встречи
намечая швы
с оговоркой
если время лечит
после заберет маржу из жизни
подменив девятки пустотой
в переходе
к новому разряду
где у слов все гласные нули
диск лицензионный с шарпом
там нераспечатанным лежит

**инкарнация

осень
снова тянет к красоте
медленно старею
на аллее клен алее
чем закат зимой
лапы веток в крапе пыли
изразец коры
поросль
корень косолапый
вылез из земли
ты такой красивый
в этих листьях
папа
скоро лодочки сугробов
под окно причалят
знал бы
как скучаю
без твоей игры
очень
не хватает
слов
не тишины

перевертыш подсознания
времени батут
те о ком томилось сердце
медленно ушли
те кому хотелось смерти
до сих пор живут
скоро годовщина
в память приходи
доиграем тут

Реальность стала не контрастом яви и нави, а градиентом. Переходы не резкие, медленные, плавные. Сон и явь уже почти в одном коктейле. Все чаще это ощущается. Вчера написалось и адресат пришел во сне...Сразу...

**серебристый

серый мшистый сверху
солнечный внизу
тополь серебристый
обронил свой лист
кружево каемки
да асфальта пыль
бледные прожилки
летний монастырь

почки пробужденье
было или нет
он уже не вспомнит
встретив первый снег
в темном коридоре
неба
так во сне
к нам приходит прошлое

масти пик валет
хлопоты пустые
теменью укрыв
пролетит метелью
расправляя крылья
солнечному ветру
будущих побегов
чтобы через лето
снова лист упал
осени причалов
отпустив слова
лодочками строк

** бурлачье

песчаный берег
джонка на мели
как фрося бурлакова
в ресторане
то неприкаянны
то с пустошью внутри
и ты их
по бурлачьи тянешь
неона лямки
жгут оскалы глаз
вода все дальше
а эмоций меньше
и кажется вот вот
чумной каркас
волны коснется
а потом заплачешь
приняв тепло
за чей то резонанс
но вдруг однажды
в тон не промахнешься
слова рванут
без ветра и теченья
и понесут
не в бездну приключений
к себе забытому
играя сердцу вальс

**nescafe

и ветер азиатский будет длиться
щекоткой отлетающей листвы
коленопреклоненная седьмица
когда нибудь окончится
а сны
там больше правды слова и дороги
меж ветками в летящем полотне
горшки
конечно же не боги
не люди
а огня горячий снег
под осень обжигает у корней

несложно мнимый мир перевернуть
зачитанной желтеющей страницей
сложнее обещать и тихо быть
самим собой не растворяясь в лицах
продуманных ходов фантомных игр

пью кофе с молоком
и даже сахар
мешаю чайной ложечкой на дне
следы меня находят в сублимате
молочный в небе
сахарный в земле
чтобы еще раз встретиться на слове
минуя дней пространственный барьер
или расстаться тихо
без условий
паркуя на ладони снег

**колокольчик

осень вывернет карманы сердца
летний сор тепла стряхнет на землю
мы с тобою иноверцы
камни древних подземелий
карстов млеют сталактиты
жмутся в холоде а выше
ультразвук летучей мыши
зеркалами бьется в мирта
неприкаянность свободой
вязью времени арабской
где приверженность породе
грант побед в собачьем счастье

возвращая молот ведьм
снам разбитого корыта
нам не раз еще придется
листопад скормив поземке
лунный шлем надев на солнце
раздробиться в слова ломке
на фонемах оставляя
тротуаров синих плиты
снег в кармане тает звонко
медяки сжигая виртом
а тепло в проем соломки
тянет кола и мохито
и валдайский колокольчик
вместо сердца бьется ночью

** розы

прядки дождевых через асфальт
проступили розово бледнея
и трава нагрузла от воды
зашкворчали сонно батареи
сыплет конденсатом потолок
влагу крыши и тепло встречая
над столом где вечное окно
клавой в старый стол перетекает

пес уснул прогулку отпустив
с запахами писем на деревьях
новостей опальный гул утих
осенью разрушенных окраин
роза опаленная с боков
срезана тоскует в целофане
иногда событий тоньше фон
чем герой уставший от хозяина

слов марионетки не живут
нитями придуманных историй
их реальность временем сотрут
дней хоралы и пустые споры
листья краски яркие смешав
на аллее в салочки играют
розой ветра водят хоровод
мыслями надежды и печали
что однажды будет новый год
робкой встречи с тишиной прощанья

Навеяло осенью

[ссылки видны только авторизованным пользователям]

Значит, осень удалась...

Скоро красивых и дерзких женщин будут заносить в Красную-красную книгу. Песня Мадонны абсолютно не про осень. Такая глубокая рефлексия женской полувендетты/полуболи. Не ругайте пианиста. Как смог, перевел.

You'll See
by Madonna, David Foster

You think that I can't live without your love
You'll see,
You think I can't go on another day.
You think I have nothing
Without you by my side,
You'll see
Somehow, some way

You think that I can never laugh again
You'll see,
You think that you destroyed my faith in love.
You think after all you've done
I'll never find my way back home,
You'll see
Somehow, someday

All by myself
I don't need anyone at all
I know I'll survive
I know I'll stay alive,
All on my own
I don't need anyone this time
It will be mine
No one can take it from me
You'll see

You think that you are strong, but you are weak
You'll see,
It takes more strength to cry, admit defeat.
I have truth on my side,
You only have deceit
You'll see, somehow, someday

All by myself
I don't need anyone at all
I know I'll survive
I know I'll stay alive,
I'll stand on my own
I won't need anyone this time
It will be mine
No one can take it from me
You'll see

You'll see, you'll see
You'll see

Увидишь
Мадонна, Дэвид Фостер

Думаешь, без твоей любви пропаду,
Посмотришь.
Думаешь, и дня не смогу прожить.
Думаешь, опустела,
Тебя потеряв,
Увидишь,
Однажды, когда нибудь.

Думаешь, никогда не рассмеюсь,
Посмотришь,
Думаешь, любовь опалила грусть,
Думаешь, после всего, что ты сделал со мной,
Никогда не вернусь к себе прежней,
Увидишь
Однажды, когда нибудь.

Никого
И не нужен никто,
Знаю — вынесу,
Знаю — останусь живой.
Совершенно одна,
И больше не нужно ждать.
Все оставлю в себе,
Никто не отнимет,
Увидишь.

Веришь в силу свою, но слаб.
Посмотришь,
Сила в слабости плакать и падать,
На моей стороне слова,
На твоей иллюзий обман,
Поймешь когда нибудь, позже.

Все сама
И не нужен никто,
Знаю - выдержу,
Знаю - останусь живой,
Верной себе — не мнимой.
Больше не нужен никто.
Все осталось внутри,
И никто не отнимет.

Ты увидишь,
увидишь
увидишь.

**с#ена

стена поймает всхлип последний кресел
разочарований рассыпая тишину
восторги временны
в гримерке диски влажные
и краски
спектакля
отыграно и время и пространство
сюжет застыл на остановках и парковках
и настил сцены чист
приглашенный артист
уходит из чужих историй
налегке
не нужный труппе и искусству
оставив не игру а жизнь
солдатик оловянный
без коробки и ноги
так замирает старая гитара
когда купили новую