Где-то между Пекином и Вашингтоном жил-был я. Просыпался поздно, ложился спать поздно. Выучился на юриста поздно, женился поздно, завел детей поздно, купил машину поздно, построил дом поздно…в общем был поздним ребенком.

Однажды жена попросила купить медовых пряников, но зная мою запоздалость, попросила об этом вчера надеясь увидеть пряники сегодня. Я, как обычно, начал много думать и все усложнять. Какие пряники лучшие среди пряников? В какую упаковку их положить, чтобы не помялись? И действительно ли в пряниках есть мёд, или это просто рекламный трюк? Голова распухла от мыслей. Хожу распухший по квартире и думаю.

— Господи, Гена. Купи хоть какие-нибудь пряники и хватит думать! Можно даже не свежие, можно даже не медовые, — возмущалась жена видя мою думающую физиономию.

Кстати, смешное слово вспомнил — физиогномика, будто о лице гномика говорят. Физио гномика было распухшим после вчерашнего и Белоснежка предложила ему холодный морс, забавно. Жена работала физиогномистом, хорошо по моему лицу читала и ей было не смешно.

— Хорошо, дорогая, уйду с работы пораньше и зайду в магазин за какими-нибудь пряниками, — успокоил я жену, а сам продолжил размышлять по пути в офис.

В дороге мне почему-то захотелось почитать реестр судебных решений, я юрист по образованию, как вы знаете. Совершенно случайно, ведь я преднамеренно не интересовался этим, мне попались в глаза судебные дела по магазину в который я собирался зайти за пряниками. Разочарование, словно полицейский жезл, увело мою машину на обочину после того, как я узнал о нарушениях правовых норм владельцем магазина. Реестр буквально кишел этими нарушениями. Это оскорбительно для законопослушного гражданина. Все люди свободны и равны в своем достоинстве. Нет, покупать пряники в этом магазине было бы ниже моего достоинства. Поэтому я решил заехать после работы в другой, пусть и менее подручный магазин. Всё должно быть согласно закону, даже выбор магазина для покупки пряников.

Рабочий день выдался тихим и скучным, поэтому в моем распоряжении оказалось еще несколько дополнительных часов для раздумий. Не буду вас отягощать лишними подробностями, скажу лишь, что я нашел именно то, что искал: идеальный магазин пряников! Как же я хочу встретиться с тобой, прикоснуться к витрине, взглянуть одним глазком на твои цены. Интересно, а продавцы у тебя такие же идеальные, как и твой кредитный профиль?
Уйдя с работы пораньше, я спешил на встречу со своим победителем импровизированного тендера. Единственное, что меня огорчало – пробка, длинная, скучная пробка на дороге счастливых и веселых автовладельцев. В рекламе автосалона все покупатели выглядят счастливыми и веселыми, будто им после покупки автомобиля больше никогда не придется работать. Да, эта пробка на дороге могла разрушить мои планы, но я не отчаивался, так как имел в запасе достаточно времени, чтобы успеть попасть в магазин до его закрытия.
Через час стояния в пробке я начал отчаиваться. Посигналил впереди стоящей машине и почувствовал облегчение, будто снял стресс в спортзале. Но, наверное, я слишком настойчиво снимал стресс поэтому водитель того транспортного средства поспешил ко мне с аптечкой и предложил помощь. Я был удивлен его предложению, в руках он держал вату и перекись водорода, но на мне не было ни царапины. Правда чуть позже я понял, что он хочет снять стресс и пришел ко мне именно за этим. Его вата оказалась как нельзя кстати.

Я приехал ровно под закрытие магазина как вы понимаете. Тетушка с жизненным опытом поболее моего указала мне пальцем на дверь. На двери висел график работы, а под ним какой-то текст мелким шрифтом. Наверное, о том, как вредно есть мучное после шести и о тщетности попыток уговорить их продать вам что-либо из углеводного ассортимента в это время суток.

— Мужчина, если бы вы пришли минуткой раньше, я бы продала вам пряники. А сейчас, извините, конец рабочего дня. Приходите завтра, — любезно послала меня домой замечательная женщина.

Откуда она знает, что у меня будет завтра после того, как я вернусь домой к жене без пряников? Хотелось с ней поспорить, а в чём смысл? Одёрнул себя и пошёл к машине. Голова распухла от мыслей, потому что я снова начал много думать и всё усложнять. Как объяснить жене, почему я поехал именно в этот магазин? Желательно так, чтобы мои объяснения выглядели здраво. И, полагаю, будет не лишним пошутить; юмор спас не один брак. "Дорогая, ты не поверишь, эту историю нужно экранизировать! Мне не продали пряники, потому что я отказался покупать в магазине молоко и утверждал, что Деда Мороза не существует!"

Придумывая шутки, я так увлёкся, что не заметил, как вышел на проезжую часть и перегородил путь автобусу. Вообще-то я и должен был выйти на проезжую часть, чтобы, обойдя свою машину, аккуратно сесть на водительское сидение. Но я обошёл машину сзади и был наказан за это нарушение правил дорожного движения. Хмм, не то чтобы наказан, а скорее отброшен подальше от своих шизотипических мыслей и медовых пряников.

И вот, лежу я на асфальте, а вокруг меня испуганные лица что-то без остановки тараторят. Пытаюсь прислушаться, но слов разобрать не могу. Потом появились люди в белых халатах и, насколько я понял, настоятельно рекомендовали всем окружающим пойти прочь. Начало темнеть, и я услышал, как кто-то сказал:

— Он мертв.

Я возмутился до глубины души, что значит "мертв"?! У меня даже посветлело в глазах на какое-то время и я крикнул из последних сил:

— Я жив! — но потом стало так темно, что я подумал, будто умер, или я на самом деле умер…

Когда посветлело, передо мной стоял тучный мужчина в белой тунике и сандалиях на босую ногу. Он закрывал ворота рая. Мне показалось это странным, но на табличке, которая висела на воротах, так прямо и было написано: "Воротись Рая". Или что-то в этом роде на каком-то древне-небесном языке; первое слово я не разобрал.

— О, ты ко мне? — увидев меня, сказал тучный мужчина.
— Наверное, к вам, а вы кто? — оглядевшись по сторонам и никого кроме себя не увидев, спросил я.
— Пётр я, апостол.
— А я Гена, юрист. Очень приятно. Стало быть, я умер, и меня к вами направили?
— Стало быть, умер, но если бы ты пришел минуткой раньше, я бы тебя принял, Гена. А сейчас, извини, конец рабочего дня. Приходи завтра, — любезно послал меня домой апостол.
— А если я не хочу приходить завтра?
— Не хочешь, не приходи; кто ж тебя заставит? Повешу табличку "Воротись Гена", так и дело с концом.
— Спасибо, Петя, тогда я пошел, — сказал я тучному мужчине и куда-то пошел.

Шел я долго, по крайней мере, мне так казалось. Дорога была похожа на пустыню из облаков; не было ей ни конца, ни края. В какой-то момент передо мной появилось голубое пятно. Я пригляделся и понял, что это небесный свод.

— О, вот и выход, — сказал я и смело ступил на пятно.

Как опускался вниз, не помню. Закрыл глаза, будто на секунду, а когда открыл: вокруг меня люди в белых халатах говорят какие-то глупости.

— Да не спал я на задних партах в мед училище! Он был мертв минуту назад! Что я, хрен от редьки отличить не могу?!
— Стало быть, не можешь. Тебе, кабан, и хлеб медовыми пряниками пахнет.
— Да пошел ты, тюбик, знаешь куда?
— Куда?
— В херургическое отделение! Мед блат, Вася.
— А сам чего туда не идешь? Мед блат, Петя. Тесно? Понимаю, не с твоими-то формами в херургическом толкаться.

Полагаю, если бы я не перервал их милую беседу своим нытьем о невыносимой боли, то они проговорили бы весь вечер и, возможно, даже целую ночь. Но я на работе еще не таким переговорщикам кайф обламывал. В общем, повезли они меня в больницу, как принято считать, – лечить. Моей жене сообщили, что я в полуразобранном виде на операционном столе без медовых пряников. Она всю ночь просидела в моей палате. Наутро, когда мне стало лучше и я пришел в себя, мы смогли поговорить.

— Господи, ну и напугал же ты меня, Гена. Как ты? — с теплотой в голосе обратилась ко мне жена.
— Жить буду, расстроен только, что пряники не купил. Опоздал. Приехал под закрытие магазина. Еще и с автобусом повстречался, — промямлил я.
— Главное, что с апостолом Петром не повстречался.
— Кстати, с ним я тоже виделся.
— И что он тебе сказал?
— Что я опоздал, приходите завтра, — жена засмеялась, а я выдохнул, фух.
— Если ты не потерял чувство юмора, значит, жить будешь, — положив голову мне на грудь, сказала она…