Последний звонок / #55 / Milli_Ts

Несколько раз в неделю я захожу в этот магазин после работы. Он – большой, светлый, в нём много качественных, недорогих товаров, раз в десять дней устраиваются акции. Темноволосый юноша, второй месяц работающий на кассе, постоянно улыбается мне, и я начинаю думать, что между нами может быть что-то... хорошее. Сегодня я снова здесь, но нет больше ни света, ни товаров, ни мальчика. Я сижу на полу в кромешной темноте, боясь пошевелиться. Когда я в последний раз включала экран мобильника, чтобы осмотреться, то видела вокруг себя грязные лужи с осколками стекла и кусками бетона. Для того, чтобы слышать крики, мне свет не нужен. Я и так знаю, что нам всем страшно.

Мои новые серые колготки с чёрными ромбиками безнадёжно испорчены моей же кровью. Я пытаюсь сосредоточиться на происходящем, но не могу. Мне отчаянно жаль и новых колготок, и красивого пальто цвета фуксии. Я купила его за границей, и больше мне такого не достать. Когда я в последний раз включала экран мобильника, то смогла найти целую бутылку виски. Я никогда не пила виски, но, надеюсь, оно достаточно крепкое, чтобы продезинфицировать рану и заглушить беспокойство до тех пор, пока меня отсюда не вытащат.

Я знаю, что меня спасут. Меня должны спасти! Умирают всегда другие. Я умереть не могу! Бетонные плиты, вставшие треугольником над моей головой, не меняют своего положения и после второго обрушения, превратившего крики – в стоны, серые лужи – в красные. Я никогда не думала о том, как пахнет кровь, а теперь знаю.

Мне нужно кому-то позвонить, чтобы сказать, что со мной... всё в порядке. Вот только это неправда. Я могла бы позвонить маме, но пусть она выспится этой ночью. Ничего не изменится, если она узнает обо всём утром, когда придёт на работу. Да и смогу ли я хоть что-то сказать, окружённая стонами, оглушённая терпкими запахами алкоголя и сладкими – смерти?

Жаль, что я почти ничему не научилась за свою жизнь. Я не умею накладывать останавливающие кровь повязки. Я зачем-то ношу поздней осенью лёгкое пальто, в котором мне сейчас так холодно. Я не знаю наизусть ни одной молитвы.

Я не хочу, чтобы всё заканчивалось, но, очевидно, мне придётся поменять планы. Окоченевшими, еле двигающимися в тусклом свете зарождающегося дня пальцами набираю номер клиники, в которой мне должны были сделать голливудскую улыбку:

- Доброе утро! Я звоню, чтобы сказать, что не смогу сегодня придти на приём к доктору. Пожалуйста, отмените мою запись...