Не торговал я Ирой, но, бывало... / #226 / Rokintis

И мальчики кровавые в глазах…
А. С. Пушкин.

* * *

Сами понимаете, деньги то начинают кончаться, то кончают начинаться. В очередной критической ситуации, вывернув карманы, говорю Ирке:
— Ирк, а Ирк, а давай бабла по-легкому срубим!
Она мне:
— А как?
Я ей:
— А давай ты снимешь лоха какого-нить, а я в самый интересный момент в дом ввалюсь с воплями: "Молилась ли ты на ночь, Дездемона?"
— И что? — это она мне.
А я ей:
— А лох деньги-то свои, заранее уплаченные, не заберет, но и честь твою девичью вовсе даже не отнимет. Не до того будет. Мчаться он будет, задрав штаны.
— Ну, хорошо, — Ирка говорит, — только ты не очень спеши со своими воплями, если лох симпатичный попадется.
Я кивнул, но подумал:
— Ишь, размечталась.

В общем, пошла Ирка в бар и возвращается с деятелем каким-то. А я уже замерз в подъезде на подоконнике сидеть. Не дома же мне их поджидать. Вошли они в квартиру. А я все слушаю, когда вода в душе зашумит. Такой мы придумали условный сигнал. Типа, барышня пошла сокровенные места перед оплаченным мероприятием обмывать.

Поздновато что-то вода зашумела. Влетаю я — и сразу в ванну, вереща заранее заготовленный текст:
— Что здесь происходит?
А там по занавеске кровавые ладони отпечатаны, душ хлещет, а вода красная-красная, и по ней резиновый утенок плавает, покачиваясь.
Вот, блин, думаю, обогатились. Что ж теперь делать? А вдруг этот, который оказался не лохом, а совсем наоборот, маньяком, меня тоже… это… того…

Закрыл я задвижку, придвинул к двери стиральную машину. Так всю ночь в ванной и просидел. Только кран закрутил, а то уже через край переливалось.

Утром выполз осторожно, сжимая в руке бритву Gillette (ну нет у меня в ванной другого оружия!), смотрю — киллер спит на полу в обнимку с пустой бутылкой, а на зеркале Иркиной помадой написано: «Я вернусь, мальчики! Без шуток!»