Случайное знание / #29 / A_Krasovsky

Андрей, репортёр одного столичного еженедельника, впервые после расставания с подругой вышел в люди — очень кстати в одном из посольств был какой-то приём. Как раз и представился случай надеть её прощальный подарок — бордовый галстук Brioni.

В посольстве было скучно, но только до тех пор, пока он не почувствовал на себе чей-то навязчивый взгляд. Незаметно оглянувшись, он вычленил в праздной толпе неопрятного, всклокоченного человека, который сверлил его глазами. «Кто его сюда пустил? Чучело какое...» — потягивая шампанское, лениво подумал Андрей и отвернулся к окну.

Минуту спустя, когда он вновь повернулся к залу, то обнаружил, что неприятный незнакомец уже стоял рядом и беззастенчиво рассматривал его роскошный галстук.

— Алоэ... — удовлетворённо кивнув, пробормотал он шёпотом и требовательно посмотрел на Андрея.

— Простите? — ошарашенно произнёс Андрей и оглянулся в поисках охраны.

— Ну алоэ же! — уже громче, с ноткой истерии, требовательно повторил незнакомец, и в глазах его читалась мольба.

— Какое алоэ? — вопросительно хмыкнул Андрей и опасливо отодвинулся от навязчивого визави.

Но вдруг воспоминание из детства накрыло его. И там была бабушкина квартира и подоконник, заставленный цветами… «Что же там было? — тихо пробормотал он. — Алоэ — каланхоэ... Нет, ну бред же… Какое каланхоэ, зачем каланхоэ?» — последнее слово он сказал чуть громче, чем следовало, и незнакомец его услышал. В его глазах вдруг плеснулось облегчение: «Наконец-то! Держите! Ну!!! И будьте осторожнее, а впрочем, вы и сами знаете». С этими словами он что-то сунул ему в ладонь, а потом вдруг как-то очень ловко и незаметно исчез. А в ладони Андрея осталась флешка. Он пожал плечами и положил её в карман.

Уже дома, вспоминая странного чудака, он вытащил из кармана эту флешку и, вздохнув, вставил её в ноутбук. На ней был лишь один файл. Андрей присел за стол и начал читать.

В открывшемся документе было всего два раздела: «Водородные двигатели» и «Препарат Panacea Universalis». Опытным журналистским взглядом он выхватывал из текста основное. И вот странно, всё написанное совершенно не производило впечатления бреда: от текста веяло наукой и академичностью. Это было чисто техническое чтение: схемы, таблицы, чертежи, технологические карты, россыпь химических формул, перечень необходимых материалов и много чего ещё, что для Андрея было китайской грамотой.

Он понял, что в руки его попало сокровище. Откуда оно, он не знал. Да и не хотел знать. Оно просто было. Здесь и сейчас. А всё благодаря чёртову галстуку и привычке додумывать рифмы. Он представил, какую революцию в мире произведёт знание, случайно попавшее ему в руки: о том, что никогда не будет больше болезней и унизительной зависимости человечества от углеводородов, — и у него захватило дух.

Дальнейший план действий был прост: уведомить о находке власти предержащие, а потом пожинать лавры благодетеля человечества. Он тут же позвонил институтскому приятелю, который уже дорос до референта вице-премьера, и взахлёб рассказал о кладе, случайно попавшем ему в руки. Приятель внимательно выслушал, обещал доложить кому надо и настоятельно посоветовал быть готовым к телефонному звонку.

Заснул Андрей не сразу. От открывающихся перспектив кружилась голова, и только стакан коньяка, выпитый залпом, позволил ему забыться тревожным сном. Но пробуждение его было нерадостным: вокруг дивана, на котором он вчера провалился в сон, в молчании стояли троё человек специфической наружности. Все были с наушниками в ушах, и в руке одного из них был шприц. Андрей рванулся, но натренированные руки мягко, но твёрдо пригвоздили его к дивану, а затем он почувствовал боль в плече. Последнее, что он услышал перед тем, как все тайны мира стали ему безразличны, были произнесенные в трубку телефона слова: «Угроза устранена».

Спустя час он уже лежал в уютной зарешечённой палате. Взгляд его был чист и незамутнён, и струйка слюны стекала по подбородку. За окном пели птицы и светило солнце, но тот дивный мир уже не имел к нему никакого отношения...