Покуражился / #99 / Vassa34

Я отчетливо помню день, когда на свет появился мой страх. Не то чтобы до этого я ничего не боялась. Меня могла испугать собака или громкий крик отца, напившегося до беспамятства. Но всегда было чувство защищенности. Мои страхи рассеивались, как только рядом появлялась мама. Я жила с детской уверенностью, что она не даст меня в обиду, отгонит все страхи и защитит. Оказалось, что страх уже тогда спал во мне и готовился вырваться наружу.

В тот день мы с мамой ходили в магазин, и кроме продуктов она купила мне замечательные краски. И вот я рисую новыми красками на белом тетрадном листке солнышко, а мама, напевая, готовит ужин. Отец пришел домой, как всегда пьяный и набросился на маму с упреками. Зачем она тратит деньги, им заработанные, на всякую пакость. И вот уже эта пакость летит в меня, вместе с табуретом, на котором я рисовала. Я сижу на полу вся грязная и мокрая. Краски, разведенные в стакане воды, сбегают по волосам на голые плечи и руки. Короткое платьице заляпано пятнами, а мои новые краски растоптаны одним ударом ноги. Я стою в полном оцепенении. Я еще не верю, что это возможно. Мама бросается ко мне, покрывает поцелуями мое мокрое лицо. Я прячусь в ее надежных объятьях. Но это еще больше разозлило отца. Он неистово бросается на маму, рывком отрывает от меня, валит на кровать и начинает душить.

Вот тогда он и родился тот страх, самый большой страх в жизни маленькой девочки. Страх потерять свою единственную защиту. Я закричала. Я кричала так сильно, что брат, который складывал в это время на улице дрова, услышал мой дикий крик и прибежал. Не знаю, как нам удалось оттащить отца от задыхающейся мамы. Злой на нас, он схватил нож и бросился на брата. Но тот выскочил на улицу. Я же вцепилась в мамину юбку. Не переставая реветь, я просила ее открыть глаза и посмотреть на меня.

Едва придя в себя, мама оттолкнула меня и бросилась на улицу, вслед за убегающим братом и отцом. Я бежала за ней, боясь, что отец снова набросится на нее. Брат бежал по узенькой улице, пока на его счастье не увидел возле колодца баб с коромыслами. Те дружно встали на его защиту.

Злость отца сразу уступила место раскаянию. Он начал всех уверять, что произошедшее лишь фарс и шутка.

- Что, я уж и покуражиться в своей семье не могу? – говорил он маме, когда она складывала наши вещи, собираясь уйти от него.

Мы ушли в тот же день. Мама уводила нас из дома, пытаясь спасти от страха. Но страх остался и крепко поселился в самом дальнем уголке моего сознания…