Проблема в том, что сегодня поэтов зачастую отождествляют с рифмоплетами. А это две большие разницы. Честно, я соврешенно незнаком с современным творчествои и плохо знаю классику. Вот просто интересно, есть ли сегодня люди, которые способны уместить в четверостишии или вообще паре строку глубокие образы, раскрыть состояние души или описать событие? Мои скудные познания подсказывают, что раньше такие люди были:

Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,
И звезда с звездою говорит.

Белеет парус одинокий
В тумане моря голубом!..
Что ищет он в стране далекой?
Что кинул он в краю родном?

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Гул затих. Я вышел на подмостки.
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далёком отголоске
Что случится на моём веку.

Плывет в тоске необъяснимой
Среди кирпичного надсада
Ночной кораблик негасимый
Из Александровского сада.

Я к вам пишу — чего же боле?
Что я могу ещё сказать?
Теперь, я знаю, в вашей воле
Меня презреньем наказать.

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи ещё хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Ты жива еще, моя старушка?
Жив и я. Привет тебе, привет!
Пусть струится над твоей избушкой
Тот вечерний несказанный свет.

Грубым дается радость,
Нежным дается печаль.
Мне ничего не надо,
Мне никого не жаль.

Я уж готов… Я робкий…
Глянь на бутылок рать!
Я собираю пробки —
Душу мою затыкать.

Город стреляет в ночь дробью огней,
Но ночь сильней, её власть велика.

Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами.

Я сразу смазал карту будня,
плеснувши краску из стакана.

Гвозди бы делать из этих людей:
Крепче бы не было в мире гвоздей.

Людей неинтересных в мире нет.
Их судьбы — как истории планет.

По улице моей который год
Звучат шаги — мои друзья уходят.

Пушкин вообще чемпион - зачатую хватало строки:

Унылая пора! Очей Очарованье!

Уж небо оснеью дышало.

Мороз и солнце: день чудесный!

Буря мглою небо кроет.

Мы все глядим в Наполеоны.

Привычка свыше нам дана.