Красный свет / #24 / OlgaSr

Порой мне кажется, что существуют линии, которые разделяют отрезки нашей жизни. Они словно волногасители - не позволяют прошлому расплескаться на новом этапе и захлестнуть потоком воспоминаний.

Но одна такая линия все-таки не была проведена. И с тех пор отголоски прошлого проникают в мою голову постоянно, о чем бы я ни думал, они навязчивы, тревожны и сумбурны. И самое главное, они всегда ярко-красного цвета.

Июнь 2005

Школьные годы и в самом деле чудесны, а уж когда наступало время летних каникул, то тут и говорить нечего. На дворе сонное июньское утро, а я бегу на электричку, сажусь в зеленый вагон и мчусь в любимую деревню навстречу дерзким приключениям.

Сердце бьется в предвкушении чего-то грандиозного. Жгучие волны, присущие только подросткам, заряжают необъяснимой энергией, что хочется петь, танцевать и кричать одновременно. Кричать от счастья, разумеется.

Дорога от платформы до дома проходила через небольшой перелесок, который в те годы я изучил наизусть. Но в тот миг, как только я сошел с электрички, чей-то голос, так похожий на мой, прошептал на ухо что-то неразборчивое, но в то же время такое понятное и знакомое. Я не остановился, а непоколебимо продолжил путь. До перелеска оставалось несколько шагов, как голос повторился, он звучал в унисон с шелестом листьев и будто растворялся в воздухе. У меня возникло непреодолимое желание бежать назад, вернуться на платформу и ждать поезд, который увезет меня обратно в город. Но ноги не слушались, они шли вперед, сквозь знакомые деревья.

Через несколько метров тропинка начала вилять. Я не знал, куда иду, а просто следовал зигзагам взбунтовавшейся дороги. Бродил так час или полтора, пока не остановился у развилки. Впереди заметил дерево, на котором висел большой старинный фонарь, выпускающий неясное пепельное свечение. Я знал, что еще не было и двенадцати часов дня, но вокруг было темно, как ночью. Налево дорожка уходила в густую чащу, будто в темную, сплошную стену, а тропинка по правой стороне вела к небольшому деревянному домику, где миниатюрные огни красного цвета разрезали полумрак.

Я повернул направо и медленно пошел к домику. Тишина была слишком пронзительна и негостеприимна. С каждым шагом я чувствовал необъяснимую тревогу, я боялся собственного страха, я был в плену у самого себя.

И вот я подошел настолько близко, что мог заглянуть в окно. Но это было не то окно, которое мы привыкли видеть. Я смотрел будто в стеклянный туннель. И вот за таким окном я увидел самого себя, смотрящего мне прямо в глаза. Я увидел себя, заходящего в перелесок около двух часов назад. Я смотрел на себя и не мог пошевелиться. Пальцы на руках покалывало, страх пробирался под кожу, витал в голове и отключал последние здравые мысли. Я чувствовал, как мои глаза наполняются песком, я уже мало что видел, только свой собственный силуэт, который расплывался в навязчивом красном свете. И вот, собрав толику храбрости в моем пошатнувшемся сознании, я, то есть настоящий я, закричал, что есть силы: не надо, не заходи сюда!

Мои слова отозвались звонким эхом. Но тот я, что был в домике, не расслышал их и упорно шел дальше. И когда другой я подошел вплотную к оконному стеклу, я заметил панику в его глазах. Другой я медленно поднял руку и потянулся к оконной ручке. Объятый страхом, настоящий я побежал назад, в темноту, спотыкаясь о коряги и поваленные деревья.

Я бежал, а в спину ударялись слова: не надо, не заходи сюда, не надо, не заходи сюда. Тот, кто произносил их, уже не был мной. Голос был то резкий и громкий, то слабый и неуверенный, пока в конце концов не перешел в страшный хохот.

Не знаю, сколько прошло времени, пока я наконец на нашел выход из этого тупика и не увидел солнце над головой. Совсем рядом гудела электричка, а это означало, что все безумства наконец-то позади.

В тот день я так и не попал в деревню. Еще несколько лет я не решался пройти через этот лес. Но когда все-таки собрался, то не произошло ничего. Не было ни голоса, ни домика, ни заплутавшей тропинки. Все было так, как и раньше, вот только исчезла та беспредельная энергия, что заставляла петь, танцевать и кричать одновременно.

Меня все чаще посещают мысли: а если бы я не свернул к тому домику? Если бы пошел по другой дорожке? Что было бы тогда? Эти воспоминания до сих пор не дают мне покоя, впрочем, как и красный свет, который неустанно вспыхивает в памяти. Он настолько яркий, будто я вижу его сейчас. И как только этот свет заполняет мой разум, я поворачиваю назад, где бы я ни был.