Бессовестная / #102 / DELETED

Дед говорит, что совесть нужно держать в чистоте, брат врет, что хранит свою в обувной коробке в шкафу, а мама иногда называет Дашку бессовестной. Как выяснилось, совесть у нее все-таки есть. И сейчас она угрызает - возится скользким червяком в грудной клетке.

Сначала Дашка ни о чем не жалела, наоборот, ликовала: мысленно подпрыгивала выше головы, доставая руками до неба; взлетала над вершинами Альп к солнцу; порхала, как бабочка над капустой. А потом зашевелился червяк.

Даша Кораблева – тихая и скромная, жидкие волосики, ножки-палочки, шейка гусиная (так кое-кого и тянет по ней линейкой треснуть), на узкие плечики будто вся скорбь мира грузом легла. Болезненный жалкий вид, но цепкий взгляд серых глаз, спрятанных за нелепыми очками.

Тихоню замечали, лишь когда нужно было у нее списать. А еще она становилась заметной на уроках физры. Дашке казалось, что она, как Алиса в Зазеркалье, вырастает до потолка спортзала. На эстафетах всегда подводила команду – бежала медленно, путалась в действиях, а когда физрук начинал на нее орать под взрывы хохота одноклассников, могла и не в ту сторону метнуться. Мальчишки возмущались: «С Кораблевой сразу ясно, кто проиграет. Нечестно!»

Больше всего она ненавидела лыжи. Обычные уроки еще ничего: катались вокруг школьного стадиона. Дашка всегда последняя, еле живая, все болит, так хочется домой. Но еще хуже – кроссы два раза в месяц по субботам. Вместо выходного тащишься с лыжами туда, где «лыжня серьезнее», недалеко от дома физрука. Уже через 300 метров вся амуниция свинцовая, ноги ватные, волосы под шапкой противно мокрые, нос «протекает». Лыжи и палки с лязгом волочишь по асфальту, а впереди еще два квартала…

«На старт. Внимание. Арш! Пошла, Кораблева, пошла! Слезы не размазывай, соберись!»

И вот ты бежишь, стараешься не терять из виду темную точку впереди – спину предпоследнего. Да и тот обогнал тебя на несколько кругов.

- Лыжню!

Смех. Толчок в спину. Падаешь, встаешь, пытаешься отдышаться и найти палки, вынуть снег из рукавов, стряхнуть с одежды, но ледяные куски прилипли к ткани и тянут вниз.

- Силаков – 5. Молодец.
- Попова – 4. Две минуты не хватило.
- Кораблева – не уложилась в норматив. Надоело тебе тройки ставить, не стараешься. Два.

«Как же я его ненавижу!» - пульсировало в голове. Прогуляв сдачу кросса, получила бы ту же двойку. Но знала, что поставят трояк за присутствие. А тут двойка, столько мучений и ДВОЙКА! Мама снова скажет «бессовестная».

Дашка основательно подготовилась к акту возмездия. Сердце «упало в живот», когда одним пятничным вечером она прокралась в спортзал, зная, что физрук уже ушел, а убирать здесь начнут позже. Дверь в его каморку закрыта, но с простым замком девчонка справилась за несколько секунд. Щедро натерев пол куском мыла, она не забыла захлопнуть дверь. Подставив стул, «намылила» и турник в зале, на нем физрук каждое утро разминается. По дороге обратно волна ликования и накрыла ее с головой. А ближе к ночи зашевелился червяк. А если и правда упадет? А если сильно… А если головой?! За два дня червяк вырос.

- Кораблева, радуйся, физры сегодня не будет! - встретил ее Димка в понедельник утром в дверях класса. – Физрук ногу сломал!

Кинув портфель прямо у порога, она села в угол и тихо заплакала.

- Кораблева, ты чего?
- Это я его покалечила! Бессовестная!
- Ты-то при чем? Он вчера на лыжах катался, крепление сломалось и…

Дашка не слышала продолжения, она уже бежала признаваться. Червяк ведь сам не умрет, и в обувную коробку его не спрячешь – враки это!