Наглец / #52 / Dekadenz_

В начале 20-го века Высокий суд Лондона приговорил к высшей мере наказания Генри Скотта. Поводом для заключения стали грабежи древностей в Индии, Африке и Англии. Решался вопрос о том, какую из высших мер наказания избрать для него.

— Заседание суда объявляю открытым!

После каждого свидетельства о его виновности сам Генри Скотт сохранял невозмутимость и был безмолвен. Он не пытался опровергать свидетельства или доказывать обратное, несмотря на угрозу высшей меры наказания. Судей и присяжных удивляло и даже раздражало его спокойствие. Они всячески пытались задавать Скотту вопросы с пристрастием по каждому делу, но он не давал удовлетворительных ответов, ограничиваясь лишь краткими «да» или «нет» с большими паузами.

— Мистер Скотт, вы согласны с данным свидетельством?
— Да...
— Вы признаёте, что совершили серьёзное преступление?
— Нет...
— Как же вы не согласны, если только что подтвердили свидетельство, тем самым признав свою вину?!
...

Генри Скотт молчал, потому что не считал свои действия преступлением. У него был иной взгляд на своё дело.

Всё началось ещё в студенческие годы — во время прогулки по заброшенному парку Скотт провалился под землю. Он был напуган, но цел. В темноте заметил лишь тусклые блики старинных вещей. Перед ним оказалось множество утвари и пара сундучков. Осмотревшись, он ужаснулся — это был склеп. Тогда он решил не приближаться к усыпальнице, а только взглянуть, что находится в сундуках.

Генри Скотт не имел знатного происхождения и остро нуждался в деньгах. Он подумал, что этого мертвеца никто не ищет и что он может распорядиться богатством, в которое он свалился.

Генри хотел купить дом, но денег по-прежнему не хватало, и брать их было неоткуда. Тогда он решился вскрыть склеп.

Ему не хотелось соприкасаться со старым прахом, чтобы забрать возможные ценности. К его удивлению, мертвеца в склепе не оказалось — он был почти доверху набит монетами из чистого золота.

С тех пор Генри больше не нуждался в деньгах, но его захватило это таинство. Желание что-то найти стало настолько сильным, что его ничто не интересовало из обыденной жизни.

Ради новых впечатлений Генри расширял географию поисков. Он вкладывал собственные средства и нанимал людей для поиска редкостей и сокровищ.

За все годы ему удалось найти множество тайников, и Генри нажил себе немало врагов. Несколько государств объявили на него охоту, но он продолжал своё дело, пока один из его людей не выдал его при допросе. Двое других компаньонов были убиты во время очередного дела.

Не в силах побороть свой азарт, он продолжил рисковать и в Англии, где всё и началось.

В последние годы он действовал в одиночку. Генри неоднократно был близок к тому, чтобы его поймали, но ему удавалось сбежать. Он зашёл слишком далеко и мог грабить в любое время суток. Он уже чувствовал себя настолько безнаказанным, что перестал скрываться. Его выручали нанятые им юристы. Доказательства против Скотта были неопровержимыми, и никто не решался браться за это дело, поэтому в этот раз Генри защищал свои интересы в суде сам.

— Мистер Генри Скотт, вы обвиняетесь в серьёзных грабежах международного уровня. Прежде чем вам объявят приговор, у вас есть возможность его смягчить. Вы должны принести извинения тем странам, которым нанесли ущерб, спровоцировав дипломатические разногласия между ними. Также вы должны признать свою вину. От этого зависит ваш приговор.
— Мне не за что извиняться.
— И вы не признаёте свою вину?!
— Нет.
— Вы понимаете, что несколько государств требуют для вас высшей меры наказания?!
— Я просто делал своё дело.
— Подсудимому предоставляется последнее слово, — ехидно произнёс судья.
— Прежде чем мне вынесут приговор, я бы хотел получить свой виски, — невозмутимо произнёс Генри Скотт.
— Наглец! — раздалось в зале.

Генри Скотт мог этого избежать и получить помилование, но он выбрал смертную казнь. Никто не хотел удовлетворять последнюю просьбу наглеца, но всё-таки его желание было исполнено, и он был казнён за дело своей жизни. Ему было 37 лет.